Полузащитник ФК ЦСКА Элвер Рахимич спокойно смотрит на неудачный старт ЦСКА в сезоне-2008
Самый опытный футбольный легионер в российской премьер-лиге, один из лучших опорных полузащитников чемпионата, босниец Элвер Рахимич спокойно смотрит на неудачный старт ЦСКА в сезоне-2008. Впрочем, в жизни Рахимича были такие сложности, что он не мог не привыкнуть к философскому взгляду на вещи. Не теряя природного оптимизма, во время беседы с Алексеем Андроновым и Александром Шмурновым он здраво рассуждает обо всем - от футбольной тактики до судеб своей страны.

Как в ЦСКА относятся к неудачному началу сезона?

Старт действительно не самый удачный. Если не брать игру во Владивостоке, восемь очков в шести турах - на моей памяти это самое плохое начало сезона. Мы создавали много моментов, но не забивали. Отпечаток наложил и прошлый год, он был самым тяжелым, ведь все время чуть ли не полкоманды не играло из-за травм. Однако психологическая атмосфера в команде спокойная, мы уже много лет играем вместе и хорошо друг друга знаем. Уверен, мы выберемся из этого кризиса.

Принято считать, что соперники успели приспособиться к вашей игре. ЦСКА ведь долго почти не менял состав.

Думаю, да - соперники изучили слабые и сильные наши стороны. Приспособились и к тактической схеме с тремя защитниками. Можно сказать, что она позволила нам выиграть Кубок УЕФА, значит, в ней есть смысл. В Европе почти никто так не играет, обычно 4+4+2. Для меня, как для полузащитника, игровая схема не важна, а вот для обороны это принципиально.

Насколько ЦСКА зависим от этой схемы? Не страдает ли атака и не хочется ли что-нибудь поменять?

Нет, думаю, менять ничего не нужно. Мы хорошо обороняемся, не пропускаем по нескольку голов за игру, а сами создаем много моментов.

Насколько бразильцы смогли стать своими в коллективе?

Они долго уже играют, привыкли к России, к чемпионату и с ними проблем уже никаких нет.

А вам долго пришлось привыкать к новым условиям?

Когда я приехал, я не знал, что за страна такая Россия, и про чемпионат тоже не знал. Я приехал в Россию в 1999 году, тогда еще было очень мало информации о российском чемпионате. Конечно, понадобилось время.

Как на вас и вашей семье отразился распад Югославии?

Я - босниец, родился в Боснии и Герцеговине. Я жил дома, когда шла война в Боснии с 1992 по 1995 год. Я и моя семья прожили тяжелый период.

По окончании карьеры не собираетесь остаться в России?

Если для меня в клубе найдется какая-то работа, я буду только рад.

Почему вы долгое время не играли за сборную?

Наших тренеров интересовали только деньги, а вовсе не игроки. У нас многие футболисты просто отказывались играть за сборную. Сейчас все изменилось, пришли в федерацию новые люди. Тут же и игроки начали в нашу команду возвращаться.

Когда можно ждать успехов боснийской сборной?

Пока рано об этом говорить. Думаю, что-то начинает меняться. Со сборной начинают работать люди, приехавшие из-за границы. Элвир Болич - менеджер сборной, Мехо Кодро, бывший игрок «Барселоны» - селекционер, то есть главный тренер. Еще один известный в прошлом игрок - Мухамед Коньич, выступавший во Франции и в Англии, тоже сейчас около сборной.

Есть ли на подходе молодежь?

Многие еще детьми уехали с родителями во время войны и продолжили тренироваться в Европе, а сейчас выросли в больших футболистов. Если с ними будут общаться как надо и пригласят, возможно, они и согласятся играть за свою родину.

Кто в футболе для вас самый принципиальный соперник?

Наверное, Сербия. Красич. (Улыбается.) А если серьезно, то команды всех бывших республик Югославии - для нас особые соперники.

Как вы относитесь к тому, что сейчас происходит с Косово?

Мне тяжело об этом говорить. Война есть война, и она никому не нужна. Я все это видел сам. Люди погибли, а за что - никто не знает. Все осталось как было, только людей нет. Я дружу и с сербами, и с хорватами. Красич для меня как брат.

Вы собираетесь вместе, по-югославски?

Да в Москве есть сербский ресторан, там часто встречаемся. В «Химках» много наших, вообще в России играет много футболистов из бывших республик Югославии. Мы любим после игр собираться, шутить, смеяться, друг друга подкалывать.

В российской сборной существует проблема с опорными полузащитниками.

Не говорите - в России умеют играть так, как я. У нас в команде есть Алдонин - хороший полузащитник для сборной. Из Ивана Таранова вырастет хороший опорный полузащитник. Хиддинк сможет выбирать для своей команды.

С каким тренером вы раскрылись и почувствовали, что многое можете?

В «Анжи» я уже играл на месте опорного, и играл прилично, раз меня заметили и пригласили в ЦСКА. С Газзаевым я приобрел уверенность и спокойствие. На этой позиции мне приходится разрушать, так что перечисленные качества очень нужны. За все время в ЦСКА мне удалось забить всего один или два гола. Для меня очень важно уметь читать игру, понимать, что сейчас сделает соперник.

Вы с интересом наблюдали за появлением в российском чемпионате Тимощука?

Наблюдал и наблюдаю. «Зенит» угадал с ним, и не только с ним. Приобрели того, кто им был нужен, и сразу выиграли чемпионство.

С точки зрения игры вы с Тимощуком разные?

Где-то похожи и где-то разные. Вот с Моцартом мы совсем не похожи. Он больше идет в атаку. Его больше тянет вперед, у него и удар хороший, и стандарты. Когда ты уходишь вперед и у тебя есть силы держать оборону - это хорошо.

Кого можно считать эталоном на позиции опорного хавбека?

Из европейских опорников мне всегда нравился Патрик Виейра.

Французский чемпионат каждый год дает сильных опорников.

Да, Макелеле, Эссьен, Диара - это действительно уровень.

Насколько вам интересны европейские чемпионаты?

С удовольствием следим с друзьями за всеми ведущими чемпионатами. Мне нравится «Барселона», и дай бог, чтобы она выиграла Лигу чемпионов.

На волне успехов ЦСКА не было ли у вас предложений перейти в другой клуб?

Думаю, у каждого игрока тогда были предложения, и у меня в том числе. Но я не рассматривал эти предложения, хотел остаться в ЦСКА. У нас говорят, так же как у вас: «От добра добра не ищут».

Как вы начинали играть в футбол, когда пришли играть в детскую команду и кем играли поначалу?

Как все. Начинал во дворе, хотел и любил забивать голы. Но когда начал заниматься серьезно, постепенно отходил назад, назад и до опорного дошел. Позиция опорного стала моей еще в Боснии, в 17--18 лет.

Вы говорите о том, что надеетесь закончить карьеру в ЦСКА. А удалось ли вам почувствовать себя частью большого армейского клуба? Болеете ли вы, допустим, за баскетбольный ЦСКА?

Когда есть возможность, хожу и на баскетбол. В Югославии баскетбол был всегда и остается очень сильным. Правда, там такая же ситуация, как в футболе: только спортсмен начинает хорошо играть, он сразу же уезжает за границу, дома не остается.

Вы каким-то образом обсуждаете то, что сейчас происходит в вашей стране, пытаетесь как-то на ситуацию влиять?

Обсуждаем. Когда собираемся здесь все вместе в Москве или приезжаем на сборы домой. Но после войны ситуация очень тяжелая, и не скоро мы еще выйдем из нее. Многие надеются, что вхождение в Евросоюз нас поддержит и во многом поможет. Нам всем очень хочется, чтобы страна жила по-человечески.