Такую компанию встретишь не в каждой московской коробке. В периметре гоняли мяч игроки ЦСКА Александр Головин и Георгий Щенников, а Василий Березуцкий успевал еще и комментировать происходящее.

— Ждем активности от красной команды! — подбадривал Василий соперников. В этот момент вместе с игроками сборной России в коробке рубились участники программы «К11», которая помогает потенциальным Месси и Роналду 16-22 лет найти свои «Барселону» и «Реал».

Место, где все происходит, оборудовано видеокамерами и называется digital-коробка К11. Такие коробки есть в Москве и Санкт-Петербурге, но и в других городах реально загрузить видео на сайт проекта и дождаться звонка от скаута. Или получить wild card из рук того же Василия Березуцкого. Самые удачливые по итогам всероссийского отбора отправятся в тренировочный лагерь на территории Англии.

— Мы как скауты смотрим на самоотдачу, технику и возраст. На все вместе, — Василий Березуцкий объясняет, как в толпе вычислить Месси и Роналду. — Будем очень предвзяты, поэтому ребятам будет тяжело. Но, я надеюсь, все у них получится. Хотя сейчас не то время, когда парни живут на коробке, как это было у нас.

— Когда сами последний раз играли во дворе?

— Не сказать, что давно. Мы с сыном часто играем в коробке, но я там больше как наблюдатель. В основном в воротах.

— Это чтобы дети по ногам не били?

— Дети не могут меня ударить и сделать больно, просто я не хочу им мешать. Они сами должны разбираться. Да и какая-то физическая нагрузка, наверное, уже не так полезна, у нас сейчас достаточно тяжелые тренировки. Нужно соблюдать меры предосторожности, чтобы не перегрузиться. Хотелось бы, кстати, чтобы коробочки в московских дворах были побольше. Для меня пространства маловато: поле там метров 15 на 30. Детям нормально, но иногда приходит много народа, и получается, что они играют десять на десять в маленькой коробке.

— Самое адское место, где вам приходилось играть в футбол?

— Я играл в футбол везде – начиная от квартиры, где сбивались елки, крушились лампы, ругались родители и стучали соседи. Еще была коробка, которая зимой заливалась водичкой, и получался каточек. А летом на ней был асфальт. Но ворота были. Плюс мне повезло, что я родился в Печатниках. Там было очень много пространства, буквально в пяти минутах у меня было полноразмерное поле отвратительного качества. Там гуляли собаки, нужно было оббегать «мины», и проходила дорожка для пешеходов. Но все равно можно было в любое время поиграть в футбол. Сейчас этого поля нет, но на его месте сделали какое-то общеспортивное сооружение.

— За то, как Роналду праздновал четвертый гол «Реала» в ворота «Мальме», в одном из московских дворов ему бы точно дали по лицу. За что можно было получить по лицу в вашем дворе?

— Наверное, ни за что. Какие-то склоки и недопонимания были. Могли потолкаться, но до драк не доходило. Футбол – достаточно дружелюбная игра, и всегда можно найти компромисс. Просто мы выигрывали, на нас обижались, но не могли догнать – мы слишком быстро бегали. Побоища у нас больше с братом происходили – до 12-13 лет мы с ним дрались с ним практически каждый день.

— Из-за чего?

— А что нам было делать? Гаджетов у нас не было. Телевизор был, но мультики не показывали. Поэтому мы были на улице и всегда спорили. Даже сейчас некоторые видят, как мы c Лешей разговариваем, и думают, что это ссора. А мы просто так общаемся. Не деремся, но решаем вопросы на повышенных тонах и в резкой форме. А в детстве еще и дрались. Точнее, на драку это было мало похоже – мы друг друга не калечили и по лицу не били, но как минимум боролись.

* * *

— Вы знакомы со всеми, кого Черчесов вызвал в сборную?

— У нас нет тех, кто играет в Европе, поэтому всех футболистов я хорошо знаю. Да, состав новый, но это дело тренера. Нас вызвали – мы поехали. Прочитал, что кроме тех, кто вызван на сбор, знакомиться с тренером приедут Кутепов, Фернандес и Емельянов. Если они проявят себя, то спокойно могут выйти в любом из предстоящих матчей. Травмы, к сожалению, тоже не исключены. Так что это хорошее нововведение: больше народа – не меньше.

— Черчесов сказал, что сам определит, кто будет капитаном. Может быть, вам на всякий случай спрятать повязку?

— Я абсолютно спокойно к этому отношусь. Черчесов хорошо все описал – сказал, что потом, когда коллектив уже сложится, состоятся выборы. Если бы все зависело от меня, я бы отдал повязку Игорю Акинфееву. Все понимают, что по возрасту и по уровню он в 2018-м сто процентов будет находиться в команде. Или Дзюбе бы отдал – по количеству шуток остальная сборная до него недотягивает. Но это мое мнение. Что думает Черчесов, мы скоро услышим.

— Скажите честно, на Евро у вас тоже было ощущение, что Слуцкий ждал, когда все закончится?

— Наверное, работать и в клубе, и в сборной – не самое простое занятие. Тренировочный процесс у нас был примерно похож на цеэсковский, но со своей спецификой. Недостаток времени сказывался. Плюс большое количество футболистов, которые претендуют на игру в основе. Но не скажу, что Леонид Викторович был каким-то необычным. Он вообще отличается тем, что очень сильно переживает многие моменты, проносит это через себя, потому что большой фанатик футбола.

— Сейчас Слуцкий уже пришел в себя?

— Любому человеку бывает неудобно, пока он не привыкнет к новому месту. В ЦСКА уже сложившаяся обойма, поэтому у Слуцкого здесь спокойное, уравновешенное психологическое состояние. Он знает, что может выкинуть каждый из нас. А сборная – это сложнее, потому что не со всеми игроками он так хорошо знаком.

— Вы были среди тех, кто после игры с Уэльсом пришел в номер Слуцкого и признал, что это был не лучший месяц в его жизни?

— Там были я, Леша, но он быстро ушел, Смольников и Дзюба.

— Почему именно такая компания?

— Ну вот так просто получилось. У нас начинался отпуск, тренер пригласил – и мы решили собраться и поговорить. Формат беседы был такой, что на чемпионате Европы мы обосрались. Дело даже не в том, что кто-то дерьмо, а просто обосрались.

— Хорошо, вот вы обосрались, поговорили, а дальше-то что?

— А дальше надо вкладывать деньги в юношеский спорт. Мы находимся там, где и должны по инфраструктуре и общему развитию футбола. Нам кажется, что можно за год-два вырастить уже имеющихся футболистов. А так не бывает. Нужна программа и 8-10 лет. Нужно выделять деньги и строить манежи. Весь наш климат говорит об этом. Но каждый раз мы чего-то хотим и чего-то требуем.

— В последнее время, например, требовали распустить сборную.

— Слушайте, когда какой-то человек вдруг начинает разбираться в футболе, я бы порекомендовал ему написать по поводу космической промышленности или высшей математики. Написал какую-то ахинею! Кого распускать? Куда? Состава сборной не существует, зарплату там никто не получает, за месяц на Евро мы не получили ни копейки. Вышли на турнир – получили премиальные из той суммы, которые УЕФА платит в РФС. Перевели 8 миллионов – на команду, грубо говоря, делится 30 процентов. На чем человек хотел сэкономить? Даже если бы он вызвал других людей, РФС все равно тратить деньги на перелет, питание и проживание. С другими 20 футболистами затрат было бы не меньше. Так что это полная фигня. Я уверен, что когда человек начинает дело с футбола, и к нему прислушиваются, рано или поздно он дойдет до космической отрасли или вооружения. Кстати, чем он занимается? У него работа такая – писать петиции? Хорошая работа, мне бы такую.

— Давайте тогда составим петицию за возвращение Кокорина и Мамаева в сборную.

— Не вижу в этом особого смысла, но, если бы такая петиция была, я бы подписал.

* * *

— «У нас высокое самомнение, мы думаем, что все нас знают, а оказывается, что не знает никто», – это ваши слова после игры со Словакией. Когда последний раз ваша самооценка была на таком уровне, как этим летом?

— Такое редко, но случалось. Удар по самооценке был приличный. Хотя в моем случае он немного меньше – я все-таки достаточно долго играю за сборную и у меня были успешные моменты в том же 2008-м. А для ребят, которые попали в сборную недавно и не имеют положительных эмоций, связанных с командой, этот удар намного больше. Но нужно понимать: мы тут живем в своем мире и думаем, что у нас футбол космического уровня. Когда ехали на Евро, здесь говорили, что у нас в группе один лидер – Англия, а Словакию и Уэльс надо обыгрывать. Хотя в европейских СМИ писали абсолютно по-другому и не называли Россию фаворитом этих матчей. Так что надо стремиться к высоким местам и постоянным победам, но не закрываться именно в своей стране. А молодым футболистам – уезжать за рубеж и делать что-то, чтобы их знал весь мир.

— Вы сами смогли бы в 20 лет отказаться от денег и поехать, например, в чемпионат Чехии?

— Не беру другие команды, но в ЦСКА зарплаты могут быть завышены максимум на 15-20 процентов, и это скорее у легионеров. Поверьте, любой человек, которому предложат те же деньги, что и в Европе, останется. Глупо куда-то ехать, когда ты здесь родился и любишь родину. Сербы уезжают, но их зарплаты в Европе увеличиваются в 10 раз. Если бы разница была в 2 раза, они бы все сто процентов играли в Сербии.

— То есть, чтобы вы уехали, нужен был или безумный контракт, или предложение от «Барселоны»?

— Да, но таких предложений не было. В Италию звали, в Англию, но никакие факсы в клуб не приходили. А те деньги, которые предлагали, были абсолютно сопоставимы с ЦСКА. Вот если бы мне за ту же сумму предложили уехать на Мальдивы, я бы подумал.

Увидеть Василия Березуцкого в деле вы сможете уже в субботу в матче ЦСКА — «Зенит». Прямая трансляция — в 16:10 на «Матч ТВ».

Текст: Ярослав Кулемин

Фото: РИА Новости/Виталий Белоусов, РИА Новости/Владимир Песня, Getty Images, К11