Сердюков очень серьезный человек, и мы убеждаемся в этом вновь и вновь. Вот, помнится, писал я про его попытку извести «вековую» советскую традицию, когда молодые спортсмены «служили» в армии, не видя ни автомата, ни погон и подчиняясь вместо командира тренеру. После смерти хоккеиста Алексея Черепанова, формально числившегося рядовым, именно в армии провели самое серьезное разбирательство и приняли самые суровые решения. Тогда Сердюков распорядился всех воинов-спортсменов отправить в настоящую армию, и только противодействие Мутко, Сергея Иванова и множества покровителей спорта из правительства и Думы заставило министра отступить. Но не сдаться.

Министр перегруппировал силы и вновь нанес удар. Снова всех спортсменов-срочников в казармы, а прочих формально военных перевести в штатские. И если в прошлый раз действовали непублично, почти тайком, то нынче наступление прошло по всем канонам военной науки – с артподготовкой и численным превосходством на главном направлении. Впрочем, на момент написания этого текста наступление, похоже, захлёбывается, и разгрома фальшивой спортивной армии не будет. Однако столь же очевидно, что и возврата на прежние рубежи уже не произойдет, то есть точно не останется, как было.

Что делает Сердюков? Он сокращает непрофильные активы и направления, оптимизируя устройство подведомственного ему хозяйства. Армейский спорт непрофильный со всех сторон. Лицемерный, как и многие другие советские изобретения. После распада Союза, в «лихие 90-е» старая система не столько реформировалась, сколько просто рушилась. Минобороны физически не могло содержать спорт — как прежде. Первыми откололись клубы по самым популярным игровым видам спорта. В хоккее, футболе, баскетболе оставался бренд ЦСКА, но к военному ведомству это уже не имело отношения. Эти четыре буквы воспринимались не как аббревиатура, а просто как слово. Это были частные команды.

Постепенно на армейском попечении, и то частичном, остались лишь «второстепенные» виды спорта, чаще всего единоборства вроде бокса и борьбы и находящиеся на балансе спортсооружения и секции. Инфраструктура и есть главный актив ЦСКА как такового, то есть именно Центрального Спортивного Клуба Армии – не слова из четырех букв, а реальной организации, возглавляемой вполне гражданским человеком Сергеем Кущенко, которого большинство людей спорта считает нашим спортивным менеджером номер один.

Если бы замысел Сердюкова был воплощен – это было бы справедливо, но катастрофично. Ненормально, когда человек числится солдатом, но армию видит также часто, как обычный штатский человек. Странно, когда военная организация занята профессиональным спортом. Странно и когда ей принадлежат стадионы, бассейны, площадки, не задействованные непосредственно в боевой подготовке. Это и есть — непрофильные активы и непрофильная деятельность.

Однако всякая реформа, и радикальная тем более, должна осуществляться со смыслом. То есть не просто сломать, а понимать, что будет на месте сломанного и куда девать обломки. А обломки – это, между прочим, и живые люди тоже. И эта проблема неразрешима до тех пор, пока в стране не будет настоящей профессиональной армии. Точно также у нас долго не признавали профессиональный спорт, который уже давным-давно был таковым. Профессиональные спортсмены числились военными, и вот к чему это привело.

И что, тупо соблюдать распоряжение? Армия получит несколько сотен лишних солдат, без которых, откровенно говоря, спокойно обойдется. Спорт потеряет несколько сотен лучших атлетов. В армию ведь не хотят идти не только из-за дедовщины, но и чтобы время не терять на неинтересное, ненужное занятие. Пока ты дурью маешься в дальнем гарнизоне, квалификация теряется, место на рынке труда теряется, теряются перспективы, заработок. И это у обычного человека, который до 60-ти лет на пенсию не уйдет. А для спортсмена вычеркнуть год из жизни – это может значить конец карьеры! В спорте пенсия – это сразу после 30-ти, а где-то и раньше.

Ну и какой смысл для страны в разрушении профессионального спорта? Большинство медалей в Пекине завоевали как раз формально армейцы. Для спорта высших достижений потеря нескольких сотен человек – это равносильно тому, как если бы наша армия потеряла несколько сот тысяч человек в боях! Реформа вступает в противоречие со здравым смыслом, но формально — все по закону. У нас нет профессиональной армии, значит, все должны служить. Молодые здоровые бугаи не могут откосить по здоровью, им не положены отсрочки – значит, добро пожаловать в солдаты.

Сейчас решение не то чтобы приостановили – скорее скорректировали. Потому что когда в казармы повели даже членов национальных сборных, успев их побрить наголо и отобрать мобильные телефоны, этот якобы анекдот перестал быть смешным. Таким образом, те, кто служили спортсменами, так спортсменами и дослужат. Но что будет с вновь прибывающими — закон же есть закон? Что будет с самым знаменитым спортивным клубом страны ЦСКА? Если он потеряет арены и площадки, если его спортсменов заберут в натуральную армию? Не будет тогда никакого ЦСКА. И что станет с аренами? Если списать их с армейского баланса, к кому они перейдут, особенно в кризисных условиях?

И не забудем про любопытную лазейку. С тех же советских времен спортсмены могли служить не только в «армии», но и в «милиции» и КГБ. То есть в «Динамо». А ФСБ и МВД никаких реформ наподобие сердюковских не проводят. То есть получается уже полная ерунда. Те, кто из ЦСКА, будут служить по полной программе, а те, кто в «Динамо», будут служить… никак. Такое впечатление, что Сердюков помимо прочего еще и за «Динамо» болеет. Этот клуб же теперь всю молодежь заберет к себе. ЦСКА канет в Лету, а «Динамо» превратится в спортивного монстра.

А выход простой. Пускай фактически недостижимый, но простой. Профессиональная армия, не нуждающаяся в фиктивных солдатах. Профессиональные спортсмены, не служащие ни по правде, ни понарошку, а занятые своей профессией. Есть такая ПРОФЕССИЯ — Родину защищать. Защищать на поле боя. А есть такая профессия — защищать Родину на футбольном поле. Это тоже важно и почетно. Вспомним прошлогодние летние футбольные страсти.