30 октября 2009-го Леонид Слуцкий провел свой первый матч в премьер-лиге в качестве наставника ЦСКА. Sportbox.ru решил выяснить, как спустя год чувствует себя главный тренер команды, которая всегда ставит перед собой одну цель — побеждать.

Когда ЦСКА объявил в конце октября 2009-го о подписании контракта с Леонидом Слуцким по схеме 3+2 (на три года с возможным продлением еще на два), футбольный мир решил, что руководство армейцев, мягко говоря, допускает ошибку. Еще бы, дела в ЦСКА не пошли ни у знаменитого бразильца Зико, ни у опытного испанца Хуанде Рамоса, что же говорить о Слуцком, который на высшем уровне никогда не работал и для которого лучшими достижениями стали выход в финал Кубка России и четвертое место в чемпионате страны с ФК «Москва» в 2007 году! Но спустя год главный тренер по-прежнему на своем посту, а команда борется в первенстве России за второе место («Зенит» уже, похоже, не догнать), дающее право выступить в следующем сезоне в Лиге чемпионов, и за выход в плей-офф Лиги Европы (после трех подряд побед в группе — все со счетом 3:0, мало кто сомневается, что весной ЦСКА продолжит борьбу в этом турнире).

- Признайтесь, Леонид Викторович, быстро год пролетел?

- Время по-разному текло, иногда быстро, иногда медленно, как, наверное, у каждого человека. Бывает, матч кажется бесконечным, а бывает, пролетает, как одна секунда. Но, если честно, чувство такое, что работать с ЦСКА начал только вчера.

- Говорят, тренеру нужно три года, чтобы создать новую команду. треть пути вы прошли…

- Я с этим утверждением не согласен. Все зависит от того, какие футболисты в распоряжении тренера, насколько наигран состав. Если взять ЦСКА, то концовку прошлого сезона, когда я только пришел, была одна команда, чемпионат 2010 года начинала другая, сегодня на поле выходит третья. Сейчас в составе есть Вагнер Лав, Думбиа, Тошич, Секу, и нет Красича и Гильерме. То есть изменения значительные. Создание команды — непрерывный процесс, эволюция. При этом с тренера и игроков постоянно требуют результат. Тем более в ЦСКА.

- Какие матчи запомнились за этот год?

- Матч с «Тереком» (1:0, 30 октября 2009 года) — он был первым. Конечно, игра с «Манчестер Юнайтед» в Лиге чемпионов (3:3), да и все матчи в этом турнире, где ЦСКА дошел до ¼ финала. Встреча с «Севильей» на выезде (2:1, 1/8 Лиги чемпионов), обе игры в чемпионате страны со «Спартаком» (3:2 и 2:1), которые прошли по необычному сценарию.

- А были разочарования?

- В ЦСКА любое поражение — разочарование. Даже от «Интера» (ЦСКА уступил итальянскому клубу, будущему победителю Лиги чемпионов, в ¼ финала дома и на выезде со счетом 0:1). Но иначе в большом клубе и быть не может.

- И в жизни, и в футболе нет предела совершенству. Что для вас при создании идеальной команды, если такое возможно, представляет наибольшую сложность?

- Труднее всего встраивать новичков в команду. Не вообще новых футболистов, а тех, кто способен усилить состав. Иногда адаптация проходит без особых проблем, но чаще требует усилий и от игрока, и от тренера. И заранее предсказать, как она будет проходить невозможно. Другая сложность в профессии тренера — невозможность расслабиться. Тренер всегда должен быть в курсе того, в каком состоянии футболисты. Кто-то заболел, кто-то захандрил, кто-то переоценил свои силы. С одной стороны, нужно быть готовым к любой ситуации, с другой — невозможно все рассчитать.

- Как-то вы сказали, что бываете даже на тренировках в тренажерном зале, хотя ваше присутствие там вовсе необязательно. По-прежнему так думаете?

- Да. Пусть прозвучит банально, но работы у тренера — непочатый край. Он лучше видит тех, кто выходит на поле. А как быть с теми, кто остается в запасе? Как их контролировать? Делать это нужно обязательно, потому что игрок, оставшийся в запасе, может почувствовать себя обиженным, ущемленным, посчитать, что потерял доверие тренера. Такого быть не должно.

- Вы сами за год работы в ЦСКА изменились?

- Безусловно. И продолжаю меняться. Причина в том, что сталкиваюсь с ситуациями, с которыми раньше не сталкивался. У меня нет готовых ответов, хотя давно работаю тренером. Их проходится искать, порой в условиях цейтнота. В ЦСКА, например, собрались максималисты. И игроки, и руководители. Победа — нечто само собой разумеющееся, поражение — ЧП.

- Победа — высшая награда для тренера. Есть другие?

- Очень ценю возможность общаться с игроками большого масштаба. Все они личности. Что до побед, то считаются не отдельные выигрыши, а чемпионские трофеи. У меня таких пока нет. Высшее достижение — выход в четвертьфинал Лиги чемпионов.

- Круг вашего общения сильно изменился после прихода в ЦСКА? Может быть, стало больше друзей, как это случается с людьми, поднявшимися по карьерной лестнице?

- Наоборот, круг общения сузился. Остались те, кто в него входил и до начала моей работы в ЦСКА. Сегодня стараюсь не распыляться. Слишком много сил и энергии уходит и на команду, и на каждого игрока в отдельности.

- На личную жизнь времени нет?

- Мало остается. Успеть бы сделать все, что должен сделать, как тренер. Часто случается ночью смотреть матчи — и свои, и будущих соперников.

- Жалеете о тех, кто ушел из ЦСКА, как, например, Милош Красич (ныне выступает за итальянский «Ювентус»)?

- Нет. В этом нет смысла — таков футбол. И я ведь ничего не могу изменить, отсюда и философское отношение.

- Кто вы для игроков — начальник, товарищ, друг?

- Один из ведущих игроков ЦСКА однажды сказал, что относится ко мне положительно, пока попадает в состав. Если завтра я оставлю его в запасе, стану врагом, потому что не даю ему возможности делать то, ради чего он живет и тренируется, лишаю возможности самовыражения. То есть, тренер может быть и отцом родным, и Иудой, и другом, и врагом. Игрок говорил искренне, поэтому у меня даже не возникло чувства обиды.

- Футбол жесток, но таков футбол, и главный критерий оценки в нем — результат. Чего вы должны добиться, чтобы сказать, что этот сезон удался?

- Программа-минимум — попасть напрямую в Лигу чемпионов (это право дает второе место в чемпионате России), а в Лиге Европы — выйти в плей-офф с первого места в группе.